«Наша ученица Анна за три месяца заговорила свободно и прошла собеседование в Лондоне» — я видела десятки таких баннеров. Фото, имя, город, скриншот переписки с восторженным «спасибо!!». Истории успеха учеников — любимый жанр школ английского, и работает он безотказно. Но каждый раз у меня один вопрос: Анну спросили? Не галочкой при оплате, а по-человечески: «Можно мы расскажем о вас тридцати тысячам подписчиков?»
Чаще всего — нет. И дело не в том, что школы злодеи, — конвейер же не остановишь ради одного вопроса.
Откуда школа берёт истории успеха учеников
Механика простая. После курса методист просит «оставить обратную связь»: анкета на десять вопросов, короткое интервью, иногда видео «буквально на две минуты». Потом отдел маркетинга забирает из этого цитаты, добавляет скриншоты прогресса из личного кабинета и фото из профиля, а копирайтер собирает готовый кейс. Ученик узнаёт о своей «истории успеха» из таргетированной рекламы — если вообще узнаёт.
Юридически при этом всё обычно чисто. Ведь галочка стояла.
Что вы подписали мелким шрифтом
В оферте крупной школы почти всегда есть пункт вроде «Исполнитель вправе использовать отзывы, изображения и результаты обучения Заказчика в маркетинговых материалах» — плюс согласие на обработку персональных данных «в целях продвижения услуг». По закону «О персональных данных» (152-ФЗ) согласие должно быть конкретным и информированным, а публиковать изображение человека без его согласия запрещает статья 152.1 Гражданского кодекса. Только вот пункт 7.4 в документе на двадцать страниц — это иголка в стоге сена. Формально согласие есть. Фактически его никто не давал.
Моя позиция, с которой можно спорить: отзыв, полученный галочкой при оплате, — не согласие, а трофей. Честный вариант — спрашивать отдельно, под конкретную публикацию, с правом сказать «нет» без последствий для обучения.
Как отозвать согласие, если вы уже герой чужого лендинга
Хорошая новость: тот же 152-ФЗ разрешает отозвать согласие на обработку персональных данных в любой момент, объяснять причину не нужно.
- Напишите школе письменное заявление об отзыве согласия — на e-mail из договора или на юридический адрес из оферты.
- Потребуйте убрать кейс с сайта, из рекламы и соцсетей и подтвердить удаление письменно.
- Если школа тянет дольше 30 дней, отведённых законом на прекращение обработки, подавайте жалобу в Роскомнадзор — это делается через Госуслуги.
Почему у меня нет ни одного кейса с именем
Я не публикую имена учеников и не использую их истории в маркетинге. Совсем. С клиентами, которым важна закрытость, NDA подписывается до первого занятия — раньше, чем человек вообще расскажет о себе; шаблон я высылаю заранее, правки от юриста клиента принимаю спокойно. Уроки идут на доске Miro, видео и аудио не записываются, конспект видим только мы двое. Связаться можно с анонимного Telegram-аккаунта или через ассистента, договор и оплата — через представителя.
Это не паранойя, а норма верхнего сегмента рынка. По данным ICF, 96% руководителей называют конфиденциальность важнейшим условием эффективности коучинга. Агентство Tutors International, работающее с 1999 года, требует от тьюторов NDA и проверку биографии — при ставках до 1000 долларов в час. София Вергара рассказывала, что занималась английским по три часа в день с личным преподавателем, но кейса «наша ученица София» вы нигде не найдёте.
Что сделать прямо сейчас: откройте договор со своей школой и дочитайте до раздела про отзывы и маркетинг. Если своё имя на чужом лендинге вы не заказывали — теперь вы знаете, как его снять. А прогресс существует и без баннера: ориентировочные 180–200 часов на уровень по шкале CEFR никуда не денутся независимо от того, публикуют вас или нет.